Бискотти с фисташками лимоном и розмарином

Брррр! Брррр за окном, он же в душе. Ну хоть в квартире, господа комунальщики, организовали Филиппины перед грозой. Так же жарко и душно. Можно открыть окно, но впускать в квартиру осенний “Брррр” совсем не охота.

Алиса, она же Лиса, убежденная брюнетка, с милым по-детски округлым лицом, большими глазами и мягкими чуть полноватыми формами вяло перемешивала уже остывший кофе, а мыслями была где-то очень далеко…  Она раз за разом возвращалась в то утро, когда все было еще иначе. Прокручивала его вдоль и поперек, и уже не была уверена, что из этого на самом деле случилось, а что, произошло только в ее мыслях.

– Знаешь, я тебя не достоин. Сейчас ты этого не поймешь, но со временем… Я ухожу!

Можно было бы что-то сказать, но его глаза уже не были теми, родными и теплыми. Его слова были словами чужого человека… Что тут скажешь? Нет, хлопок двери не разорвал ей душу, она не стала бросаться из окна, даже мыслей таких не было. Просто хотелось плакать. Но с этим у Алисы уже давно было непросто. Когда знаешь, что бывают другие причины для слез, рыдать по ушедшему мужу не будешь. 

С того утра прошел уже не один год. Со временем все стало на свои места, исчезли чувства, даже обида прошла. Но иногда, когда за окном резвился “Бррр”, Алиса мысленно возвращалась в то утро. Зачем? Она и сама не знала. Но раз за разом переживала тот момент. Смотрела на себя со стороны. Вот она, совсем не хрупкая и не утонченная, какой всегда хотела себя видеть, но и не страх ночной, пришедший в мир под фанфары грозы. Обычная, пожалуй. Хотя – нет. Обычной она не была никогда. Ни тогда, когда ее было на 20 килограмм больше, ни сейчас – с тем самым средненьким размером, к которому она так убежденно голодала месяцами. Она никогда не могла спрятаться в толпе, на нее всегда смотрели… Одни с осуждением, другие с интересом, третьи с завистью. О! Зависть. Отдельная тема в жизни Алисы. Ей завидовали, когда у нее был муж – ну еще бы, барышня постыдного 50-го размера захомутала длинноногого Аполлона. Ей завидовали потом, когда муж ушел, мол, вот, ей все просто, ей не надо после работы у плиты стоять, орущее семейство успокаивать, а главное – все ведь у нее впереди. Ей завидовали, когда у нее была работа, любая, самая обычная, и когда работы не было. Почему? Хотелось бы ей это знать. 

Но сегодня долго предаваться унынию ей не дали. Звонок в дверь заставил оторваться от грустных мыслей. На пороге стоял приятель и активно пытался состроить жалостливую мину. Антону (двухметровому детине с широкими плечами и белокурыми кучеряшками) это всегда давалось сложно. Качок-сладкоежка появился в ее жизни абсолютно случайно. Незадачливая Алиса абсолютно неграциозно растянулась у его ног, поскользнувшись на отвратительно-скользких ступеньках супермаркета. Парень помог ей собрать разбежавшиеся по всей округе покупки, и отвез подозрительно хлюпающую носом Алису домой. Приманился он на домашний пирог и пряный кофе, рецепт которого Лиса отказалась выдавать. Впрочем, Антон и не настаивал. Как-то сам собой у них наладился натуральный обмен. Оказалось, что качок-Антон профи в прибивании полочек и ремонте кранов с розетками. Ну а Лисе нравилось проверять на нем новые рецепты. Со временем оказалось, что парень к тому же отличный помощник в делах кухонных. Он быстро освоился в ложко-поварешковом царстве хозяйки и с радостью принимал участие в ее кулинарных перформансах. А посмотреть там было на что.

– Алиииис, ну Лискааааа, а давай ты мне своих фирменных печенек по-быстрому набахаешь? Ну тех, которые с розмарином и фисташками. Я вот тут купил всего. Завтра у Оксанки день рождения, а ты же знаешь как она твою выпечку любит.

Оксана – очередная любовь Антона, барышня с железной хваткой. В отличие от прочих его бывших, она быстро сообразила, что отвадить Антона от непонятной подруги не выйдет. А потому взяла бразды правления в свои руки и быстренько решила набиться Алисе в подруги, ну или хотя бы пометить территорию так, чтобы ни у кого уже не возникало сомнений, что Антон занят, прочно и видимо навечно.

–  Ну давай, показывай свои покупки. 

Лиса махнула рукой на кухню, и поплелась в ванную смыть остатки утренней рефлексии с лица. Она знала, что браться в таком настроении за тесто нельзя, конечно, если не собираешься никого отравить. А потому глубоко вдохнула, выдохнула, плеснула в лицо ледяной водой и начала настраиваться на кулинарный лад.  Она давно заметила, что лучше всего выпечка выходит, когда четко представляешь, что хочешь получить в итоге.

Алиса закрыла глаза и представила себе тонкие ломти итальянского лакомства, с ноткой лимона и розмарина, сдобренные мягким вкусом фисташек. Хрустящие, золотистые, так и хочется откусить кусочек. Ммммм! Божественный выбор для утреннего кофе.

– Ну что, приступим? 

– А то! 

Довольный до мурашек, Антон потирал руки в предвкушении очередного кулинарного шоу с подругой в главной роли.

– Я – говорю, ты – достаешь и раскладываешь:

4 яйца, 4 веточки розмарина, 75 г коричневого сахара, 110 г муки, лимон, 125 г очищенных или добрых 300 г неочищенных фисташек.

Пока я буду разбираться с тестом, почисти фисташки. 

В такие моменты Алиса становилась сосредоточенной, все движения были выверенными и точными, словно в руках у нее была не ложка или венчик, а как минимум, скальпель. Передвигаясь по тесной кухне с грацией кошки, девушка не замечала, как все углы, шкафчики и табуреты растворялись в пространстве, чтобы не помешать ей творить волшебство.

– Задание выполнено, шеф! 

Антон шутливо отсалютовал девушке пиалой с орехами.

К этому моменту Алиса смешала цедру лимона с порубленным  розмарином. Взбила в мягкие пики белки, а затем частями ввела в пену сахар, взбивала до тех пор, пока не получила те самые уверенные пики, которые можно долго трясти вверх тормашками и они не сдвинутся с места.

– Ты вовремя.

Промурлыкала Лиса с улыбкой, и начала частями вмешивать в меренгу орехи, муку и 2 столовые ложки цедры с розмарином. Делала это очень осторожно, чтобы не разрушить белковую структуру.

– Ну вот, все готово.  Сейчас мы эту радость выльем в смазанную маслом форму и на полчасика отправим в духовку. Как там? 180 градусов уже набежало?

– Уже все 200 есть.

–  Отлично, как раз холодная форма быстро собьет жар и края теста не будут прилипать. Давай его в печку и будем кофе пить. Рассказывай!

– Да что там, все как обычно. 

Глаза Антона резко погрустнели, плечи напряглись, а на лбу отчетливо проступила морщинка. 

– Оксанка опять про свадьбу заговорила. 

– А ты что?

– А что я? Мне хорошо здесь и сейчас. А свадьба, дети, упреки, что не пошел с ней в музей, а поехал с друзьями в футбол погонять…

– А сейчас она тебя не упрекает?

– Сейчас это не то, я ведь знаю, что в любой момент могу собраться и уйти.

– А потом что изменится? Думаешь штамп в паспорте тебя удержит?

– Я не думаю, а она… в этом уверена.

– Погоди, так ты ко мне от неудобного разговора с Оксанкой сбежал?

Лиса сделала наигранно-удивленные глаза и они дружно засмеялись. Антон блаженно потянулся вдыхая аромат, доносящийся из печи и переплетающийся с крепким кофе со специями. 

– Ладно, пойдем твои извинения проверять на готовность, и, кстати, я помню, что твоя Оксана в декабре родилась.

Алиса проткнула подрумянившийся ореховый батон зубочисткой, и удовлетворенно хмыкнув, выставила его прямо в форме остывать у приоткрытого окошка. Недовольный уличный “Бррр” попытался забраться  в щель между створками, но жар из кухни уверенно пресекал все его попытки.

– Сча остынет, порежем на тонкие кусочки и допечем до хруста. Можешь пока за цветами сбегать, герой-любовник.

За последние четыре года Лиса слышала рассказы про добрый десяток подружек Антона. И каждый раз удивлялась тому, как ему удавалось раздраконить, казалось бы, самые стабильные отношения. Каждая история начиналась по одному и тому же сценарию. После очередного разрыва Антон чуть ли не каждый день приезжал к Алисе, уговаривал посмотреть с ним кино, затаскивал на кухню и просил испечь что-нибудь для его “разбитого сердца” (читай, бездонного желудка). Или просто замирал у окна с чашкой любого горячего варева и растворялся в своих мыслях, будто задумывал мировой переворот. А потом, спустя месяц-другой, парень исчезал с радаров. Не звонил и практически не отвечал на звонки и сообщения. Дальше шел период затишья, а потом снова подуставший от подружки Антон начинал захаживать на пироги с печеньками и беседы “ни о чем”. Вот и сейчас парень послушно надевал ботинки, чтобы топать в обнимку с осенним “Бррром” за цветами для Оксанки. Но уже было ясно, что именинный торт ей покупать будет кто-то другой. “Впрочем, ладно,” – подумала Лиса, – “МОЁ НЕ ДЕЛО! Самое время заняться печеньками”.

Алиса вынула остывшую заготовку из формы, острым ножом разрезала ее на тонкие кусочки и выложила их на силиконовые коврики. 

“Как раз, через 15 минут будут готовы”, – подумала девушка, задвинув противень в остывшую до 170 градусов духовку и поставила будильник. 

Антон, как всегда, справился с задачей быстро и позвонил в дверь практически вместе с будильником. Раздеваться не стал, виноватым взглядом окинул хозяйку, сграбастал коробку с выпечкой и неловко прощаясь рванул к своей Оксанке. Лису всегда забавляло такое его поведение. Ладно бы между ними и правда что-то было. Так ведь кроме кухонно-ремонтых работ их по сути ничего и не объединяло. Возможно, однажды, разгадка обнаружится, хотя Лиса и сама была не уверенна, что хочет ее узнать. А пока, вместе с большей частью бискотти, Антон унес и ее утреннюю хандру. Значит, можно спокойно заняться вещами приятными и полезными. Например, поискать новый рецепт для своей копилки кулинарных историй…  

Вам может быть интересно:

2 комментария

Как комментарий к ссылке может быть страничкавизитка на полнофункциональном сайте .
  1. Ой, как интересно и вкусно!Лиса такая милашка, почему ей так не везет? С нетерпением жду новых историй!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *